27 Декабря 2020, 17:00 1 599

На фильме «Огонь» костромич Роман Курцын заработал шрам-сердечко

Наш земляк первым в стране сделал трюк в кино с реальным горением на коже.

На фильме «Огонь» костромич Роман Курцын заработал шрам-сердечко
Фото: Instagram Романа Курцына (instagram.com/kurtsyn_roman)

Неутомимый Роман Курцын продолжает удивлять свой работоспособностью: под Новый год состоялась уже третья за месяц премьера с его участием. Под самый занавес 2020-го зрителям был представлен героический блокбастер «Огонь» про пожарный десант, который, не щадя себя, тушит леса с самолетов. Не «Армагеддон», конечно, но парни из авиалесоохраны – тоже «крепкие орешки». За короткое время шести героям надо быстро вырубить участок и пустить встречный пал – огонь на огонь. 

» В костромских кинотеатрах начался показ блокбастера «Огонь» 

По сценарию, хорошие парни, как ангелы-хранители, приходят с небес на землю и всех спасают. Всё очень масштабно и эффектно. Плюс – харизматичные актеры. Один только наш Роман чего стоит. 

Фото: Instagram Романа Курцына (instagram.com/kurtsyn_roman)
Фото: Instagram Романа Курцына (instagram.com/kurtsyn_roman)
Фото: Instagram Романа Курцына (instagram.com/kurtsyn_roman)

Герой Курцына, по фильму - безбашенный отставной десантник с сентиментальной наколкой «мама». В одной из сцен он отдает свою куртку из огнестойкой ткани маленькой девочке, чтобы ее защитить, а сам продолжает бороться с огненной стихией голыми руками. Не без вреда для здоровья. Причем, надо отметить, сам актер реально пострадал.

из интервью Романа Курцына журналистам издания «7 дней»: «В какой-то момент меня решили поджечь. Почему бы и нет? Я сам же и заказал в Америке жидкость, с помощью которой этот трюк можно провернуть. Мы включили сцену в сценарий, протестировали, вроде бы все хорошо. Но я не учел один нюанс: я не очень хорошо знаю английский, и не совсем внимательно смог изучить инструкцию. Оказалось, что с этой штукой на руке нельзя двигаться. При любом движении огонь перемещается на незащищенные участки, и остаются потом сильнейшие ожоги. Звучит команда «мотор», режиссер кричит: «Все, побежал!» Я делаю первый шаг и понимаю, что это просто очень, очень горячо! Два дубля с горящей заживо кожей мы все-таки сделали, но потом я очень долго лечился и восстанавливался. Этот фильм, конечно, останется в моей памяти навсегда. Хотя бы из-за шрама после ожога. Кстати, он в виде сердечка».